Главная | О группе | Новости | Музыка | Видео | Творчество | Фотогалерея | Райдер | Контакты | Ссылки | Карта сайта

Стихи и песни 2009-2010 гг.

<< Вернуться к разделу Стихи

ПЬЯНЫЙ ТАНЕЦ ДОЖДЯ
(ХАБАРОВ)

Тусклый свет фонарей
Освещал пьяный танец дождя.
Мерзкий ветер делался злей,
Пробирался внутрь меня.

Я стоял один посреди мостовой,
Зажимая рану в левом боку рукой…

Кровь сочилась сквозь пальцы мои,
Уводя жизнь в последний поход,
Через прежние, теплые дни
В беспросветный сумрачный лед.

Я лежал в пустоте посреди мостовой,
Танцевал пьяный дождь, гром гремел надо мной …

(январь 2009)


ЛЕТАРГИЧЕСКИЙ СОН
(ХАБАРОВ)

В окна – свет фонаря,
и кружит белый снег.
Сколько прожито зря –
кто дать сможет ответ?
Мыслей мутный бульон
загустел в тухлый бред.
Летаргический сон –
клетка сомкнутых век.

Из замка торчит ключ –
открывай, уходи…
Мир снаружи – колюч,
здесь – бесцветен. Внутри.
Обреченностью веет
со всех из сторон.
Снег идет всё сильнее.
Темны стёкла окон.

Свет погас фонаря.
Метёт, вьюжит снег.
Скопище воронья
Клюёт падали хлеб.
Столько прожито зря,
сколько пролито слёз…
Летаргический сон –
трехголовый злой пёс.

И он лает о том,
что вечно нам жить
в мире, где ничего
нельзя изменить,
хоть кричи во всё горло
в этой глуши…
Всех сгноила, истёрла
летаргия души.

****

(декабрь 2011, февраль 2009, начало 1996)

СИГАРЕТА В СТО НОЧЕЙ
(ХАБАРОВ)

Для чего ты пишешь все эти слова? –
Спросил у меня поэт.
Я ответил, что жизнь моя – это сова,
Которой страшен рассвет...

Он кивнул понимающе и закурил
Сигарету, длиной в сто ночей.
Я продолжил втирать в листы литры чернил,
Бесконечность своих речей.

Он стоял, курил и о чем-то вздыхал,
Будто знал, что мне не успеть…
И слова, что я с таким рвеньем писал –
Обречены на смерть.

И как только забрезжил свет солнца вдали,
Широко распахнул окно –
Засквозил и поднял над собою листы
Блудный ветер, влетевший в него.

Я понурил голову и прошептал
Последнюю строчку свою.
Сигаретный окурок у окна дотлевал,
Бюст поэта пылился в углу…

****
(апрель 2009)

ПЕЛЕНГАТОР
(ХАБАРОВ)

Уходил вглубь себя всё чаще,
Каждый раз пробираясь ближе –
По оврагам – к дремучей чаще,
Где блуждали Христос и Ницше.

Слышал их голоса невнятно,
И не мог разобрать ни слова…
Воздух лился туда-обратно,
Лес листвою шумел сурово.

Я пытался вскарабкаться к Богу
По стволу одного из деревьев.
Птицы мне преградили дорогу,
Свив препону из веток и перьев.

А затем, заклевали вовсе –
Счастья вестники, голуби мира.
Жизнь застыла в немом парадоксе
И глядела на труп мой уныло.

Я очнулся среди веселья,
Обезмолвленный этими снами.
Люди пили вино и ели
Что-то жирное жадными ртами.

Вдруг в свиные ужасные рыла
Превратились их сытые лица,
И в гримасах кривых застыли,
Будто ждали, что что-то случится…

Тут же кто-то внезапно сзади
Мне на шею петлю накинул!
Я успел разглядеть лишь пряди
Длинных черных волос… и сгинул.

По оврагам к той чаще дальней
Я поспешно опять пробрался.
Птицы будто меня узнали,
Стали в стаи большие слетаться.

Я, в испуге быть вновь убитым,
Пал ничком на траву, рыдая.
Загудел ветер басом диким,
Дождь полил без конца и края.

«Ты боишься и плачешь напрасно,
Ничего в смерти нет дурного!» -
Я услышал вдруг четко и ясно,
Обернулся и увидел слепого.

Он стоял, опершись на посох,
В небеса устремляя бельма.
В голове завертелись вопросы,
Но во рту было всё будто склеено.

Я, мыча, приподнялся. Руками
Стал искать на своем лице губы.
Но их не было там… Рывками
Мое горло стянулось туго.

Наступило удушье, и тело
Через миг прекратило движения.
Тишина в ушах загустела.
А в глазах застыли мгновения.

В тех мгновениях не было сути,
С виду несколько рваных картинок –
Птицы, лес, какие-то люди,
Дождь, гроза, слепой дряхлый инок…

За оврагами дремлет чаща,
Ветер носится без оглядки.
Ухожу вглубь себя всё чаще,
И со Смертью играю в прятки.

****
(июнь 2009)

БАЛЛАДА О БОРМАШИНЕ ДЛЯ ГИТАРНОЙ МАСТУРБАЦИИ
(ХАБАРОВ)

Бормашина для гитарной мастурбации
Перестала приносить нам радость...
В ней сломались овердрайв, реверберация,
Все динамики пердят! Короче гадость!

Мы решили то, что место ей на свалке.
Мастурбации такой нам здесь не надо!
Сколько ни кидайте в землю палки,
Вряд ли вырастут они цветущим садом.

Рок-н-ролл вообще не любит онанизма,
Секс безудержный – совсем другое дело,
С музыкой и без консерватизма!
И нейтрализуйте мрак до беспредела!

****

(июнь 2009)

ШНУРОЛОГИЯ
(ХАБАРОВ)

Оставьте шнура в покое,
Ведь он может быть и под током!
Мать-перемать, что такое?!
Убило двух-трех ненароком...

Убило?! – Да хрен с ними! По хуй!
Пускай здесь лежат! Не трогай!
Как ворон отгоняют – дохлой,
Так людей отгонять попробуй...

Что за страсть к проводам и шнурам?
Все "Опасно для жизни!" пишем...
А они, дураки и дуры –
Ни читать, ни писать, ни слышать!

Так и гибнут за то, что низко,
Приземленно блестит и искрится.
Отойди от шнура! Не стой близко,
Тогда и он на что-то сгодится!

****

(июнь 2009)


ДЛЯ МАРГО

«Эти композиторы совершенно разные. Мышление у Матвеева более хитовое и форматное. Скрипников мне нравится своей замороченностью и готовностью делать эпические полотна.
Перед тем и другим были поставлены совершенно разные задачи, которые успешно решены.

Звук действительно не очень, но писалось все, как говорится, на коленке, не в профессиональной студии, а в основном у меня дома…» - Маргарита Пушкина.

Всем Маргента хороша,
Праворукая левша!
Пишет сразу же с двух рук,
Ее радость – Микки Рурк.

Позитивно, на коленке
Песни пишуцца у Генки!
Скрипников в полотна весь
Завернулся! Просит есть!

Заморочился совсем,
Мир не видит без проблем...
Если б не было Марго,
Не распутали б его...

****

Все некогда ученые большие,
Средь музыкальных прерий заплутав,
Решили сочинить и сочинили –
Кто "Арлекино", кто какой-то сплав
Из блюза, рок-н-ролла, свинга...
И так к ним это дело приросло,
Что ни халера, ни чума, ни свинка
Им не страшны теперь! Они любое зло
Вмиг силой музыки возьмут и обезвредят!
Теперь лишь музыкой ученые те бредят!

****

В иных мирах есть тоже много музык,
Совсем не меньше их число, чем здесь у нас.
И будь профессор ты, или же лоб твой узок,
Но ты услышишь и оценишь в тот же час,
Насколько велика их красота и сила...
И если б только знали это мы,
Нам не страшна была бы черная могила!
Не всем дано то знание, увы...

***

(июнь 2009)


РАЗГОВОР ДВОИХ
(ХАБАРОВ)

Один приятель как-то, с взором ясным,
Сказал другому как мечтает жизнь прожить:
«Когда б я был великим и всевластным,
Я смог бы много в мире изменить!

Я сделал всё бы, чтоб земного счастья
Давалось каждому по делу и уму.
Зонтом своим укрыл бы всех в ненастье,
И в лютый зной и адскую жару.

Я устранил бы ненависть и злобу,
Искоренил бы зависть и вражду.
Любовь тогда была б всему основой!
Момента этого я, вожделея, жду!»

Другой же отвечал ему в ответ:
«Такому не бывать и через сотни лет!
Тем более, что чаще тем везет,
Кто больше всех на всё вокруг плюет…

Вот я плюю и жизни рад отчасти,
А ты тщеславьем полон и гордыней…
Мы оба у греха в зубастой пасти,
И в ней мы рано или поздно сгинем.

Так что, коль хочешь счастья всему миру –
Начни творить добро в своей душе…
А мне не интересны песенки под лиру,
Плевать на всё вокруг куда приятней мне!»

****

(август 2009)


НЕ ПОВЕЗЛО ПАРНЮ…
(ХАБАРОВ)

Говорила мне мама: «Женщин стоит ценить,
Их нужно уважать, их можно любить.…
Хотя бы за то, что когда-то они
Родят малышей, станут мамами».

Конечно, всё это правильно, верно…
Но я не смогу это сделать наверно,
Ведь мне встречаются в жизни моей
Лишь бляди и суки различных мастей.

****

(окончено в августе 2009)

КАРТИНА
(ХАБАРОВ)

Представилось, что мы живем в картине,
Которую Творец нарисовал…
Есть в ней хорошие герои и плохие;
И каждый так велик и так же мал,
Что очень сложно суть их разобрать.
Нас крайне трудно перерисовать,
А проще ластиком совсем стереть с листа,
И катышки смахнуть на дно корзины.

Кому-то кажется – картина так проста,
А кто-то видит каверзность картины…
Но дело в том, что никому из нас
Не видно целиком всего холста.
Нам не хватает ни духовных сил, ни глаз,
Ни мыслей тех, что нам диктует разум,
Чтобы объять эту картину разом…

Кто по ту сторону зеркального стекла?
И сколько их еще – таких полотен?
А если их не меньше пары сотен?
Быть может, мы написаны тогда,
Когда испытывался творческий подъем,
И мы – венец художественной мысли!
Но вдруг картина не является такой?
Что если мы забыты со шмотьем
В какой-нибудь далекой мастерской?
Иль это только ранняя работа,
Когда рука Творца еще дрожала…
И для Него – это всего-то лишь начало?!

Но…
это не наша, брат, с тобой забота.
Мы нарисованы, придуманы и кто-то
Вложил в нас то, что мы зовем душой.
Сотри с нее лишь черной пыли слой,
И засверкает она яркой теплой краской,
Какой бывала только в добрых сказках –
Оранжевой, зеленой, золотой!

****

(февраль 2010)

БОРЬБА
(ХАБАРОВ)

Я не желаю быть покорен
Демону злому, что внутри меня
Стучит в мохнатые ладони
И точит когти, сидя у огня.

Я плачу, когда он хохочет.
Ругаюсь, когда он рычит…
Он гибель мне мою пророчит
И мысли гадкие на ухо мне шипит!

То похотью меня он разнуздает,
То вдруг отравит ненавистью злой.
Гордыню поцелуем обласкает,
Ее посадит на трон лести золотой.

И подлость, ропотность, неверие распустит,
Развяжет сплетен змеи-языки.
На разум мой с цепей шакалов спустит,
С призывом грозным: «Рвите на куски!»

Я свечи жгу, молюсь в свое спасенье.
Борюсь с проклятым, что хватает сил!
И с жаждой жду Святого Воскресенья,
Чтобы грехи Господь мне отпустил.

****

(февраль 2010)

МУКИ ТВОРЧЕСТВА
(ХАБАРОВ)

Окно завешано одеялом.
Пытаясь согреться, я зажег газ.
Шипят конфорки, горят устало,
Не греют почти что, но радуют глаз.

Я сам с собою веду беседу,
Сидя на кухне в квартире один.
Слушаю звуки, шаги у соседа,
Тяну потихоньку из горлышка джин.

Зима на дворе метелью кружится.
Часы метрономно чеканят свой шаг…
Они не имеют прав остановиться,
Они замкнуты в круг бесконечных «тик-так».

И я чувствую всем нутром одиночество;
Вот оно – вакуумный баллон,
Именно то, что мне нужно для творчества,
Но мысли роятся под потолком…

Они мотыльками вьются у лампы,
Сжигая свои слюдяные крыла.
Слезно глядя на это, я шлепаю штампы
На бумаге, что раскалена добела…

Всё закончилось в этот раз безуспешно.
Пепел в свободном паденье парит
И ложится повсюду томно и нежно.
Газ не грея, шипя ядовито, горит.

****

(февраль 2010)


ЗАТВОРНИК
(ХАБАРОВ)

Построил он забор вокруг,
Ров вырыл и водой разлук
Его наполнил до краев,
Дверь запер на стальной засов.

Всё встало на свои места.
Никто не бродит у крыльца,
Не отвлекает разговором…
Спокойно, тихо за затвором.

Друзьям он стал не интересен,
Врагам и вовсе, мир не тесен.
Забыли люди про него,
А он и ждал всю жизнь того.

Вы скажете – какая скука,
Ведь жить так – это просто мука!
Да, это мука, что ж лукавить.
Только ломать забор, не ставить!

Монах, отшельник и аскет –
Он Небу дал святой обет,
И, в доме, что сокрыт от глаз,
Он молит Господа за нас.

****

(февраль 2010)


ТЕЛЕПЕРЕДАЧА «ВО ИМЯ ИСКУССТВА» (сценка)
(ХАБАРОВ)

Телеведущий:
(Глядя в объектив телекамеры):

Царица Тамара мужчинам своим
Головы рубит с плеч.
Но это никак не пугает мужчин
И каждый желает с ней лечь.

За замком Тамары обрыв и река.
И ночью верный слуга
В бурлящий поток воды свысока
Бросает убитых тела.

(Обращаясь к царице Тамаре):

Слуга ведь один из Ваших мужчин?
Почему до сих пор он живой?

Тамара:

Да.
В этом нет вовсе тайных причин –
Просто трудно всё делать одной.

Его зовут Зигмунд, по прозвищу Фрейд.
Он любит разгадывать сны.
Мы работаем с ним уже несколько лет,
И отношения наши ясны.

Телеведущий:

Что ж понятно, Тамара. Но для чего
Черепа Вам все эти нужны?

Тамара:

Мы картину с Зигмундом воссоздаем
«Апофеоз войны»…

Когда я (принцессой) была в Москве,
И увидела это панно,
То возникли идеи в моей голове,
Что вживую это должно
Выглядеть ярче, свирепей, грустней,
Апокалипсичней и злей.
И я приступила, вернувшись домой,
К воплощению этих идей.

Телеведущий:

И они были приняты всеми людьми,
Как говорят «на ура»?

Тамара:

Конечно! Во имя искусства страны!
Во славу любви и труда!
Тем более каждый мужчина со мной
Перед смертью ложится в постель…

(Гипнотически глядя на телеведущего):

Кстати, Вы не хотите, мой дорогой?
Для многих мужчин – это цель.

Режиссер:

(Говоря твердым голосом в ушной микрофон телеведущего):

Телеканал ждет решенья от Вас!
Без проволочек и очередей,
В прямом эфире, здесь и сейчас!
Ну же! Решайтесь скорей!

Телеведущий:

(Безумно смотря в объектив телекамеры):

О, это просто образчик того,
Как нужно вести дела!
Во имя искусства, любви и всего,
Чего только можно – да!

(Он бросается с ней на огромную постель, и они начинают заниматься любовью)

Продюсер:

(Обращаясь к режиссеру, смотря в мониторы монтажной студии):

Рейтинг сейчас подлетит до небес,
Наш канал будет номер один!
С головой наш ведущий – никто! А вот без!
Уж и Зигмунд вошел, гляди…

(Режиссер наливает шампанское в фужеры, протягивает продюсеру)

Спасибо, мой друг, поднимаю бокал
Во славу любви и труда!
За рейтинг и наш телеканал!
Во имя искусства! До дна!

(Выпив, они начинают обниматься и целоваться взасос. На экранах мониторов видно, как царица Тамара отрубает телеведущему голову мечом, который поднес ей Зигмунд.
Статисты и люди в студии рукоплещут.)

****

(февраль 2010)

ЗИМА-СТАРУХА-СМЕРТЬ
(ХАБАРОВ)

Всегда в морозы
Хрустит под сапогом.
Замерзли слезы,
Лицо покрылось льдом.

Зима-Старуха-Смерть,
Троецарица!
Вьюжную песнь гудеть
Ты мастерица…

Ты жизнь отъемлешь,
Сажаешь се плоды!
Мёрзлую землю
Ими питаешь ты…

Косые ловишь взгляды,
Злобу исподтишка.
Сказать тебе всё прямо
У нас тонка кишка…

Мол, собрала урожай?
Земля довольна клубням?!
Теперь весну рожай!
А мы бить станем в бубны!

Но тонет злоба вновь
Коленопреклонённо.
И мы поем любовь
Тебе беспрекословно.

****

(февраль 2010)


ПОЕЗДКА К ЛЮБИМОЙ
(ХАБАРОВ)

Пылинки счастливых мгновений
Щекочут мои глаза,
И я улыбаюсь в волнении...
А где-то грохочет гроза,
Озаряя черное небо,
Дождем ниспадая на грунт…
Но нет мне до этого дела,
Я весь тут, в уголках своих губ.

Лошадей понукает возница,
И бежит одноколка, скрипя.
Так приятно бывает забыться,
Вспоминая, родная, тебя!
«Буря вот уж до нас доберется!
Эх! А ну-ка, бегите живей!»
Взмах хлыста. Всё гремит и трясется,
Я оторван от мысли своей…

Уж кричу я вознице: «Куда ты?!»
Но он будто не слышит меня,
И стегает хлыстом по покатым
Гнедым лошадиным бокам.
Как добрались до дома, не помню,
Но от бури успели спастись.
Ямщики эти – бесам подобны,
Им бы только мчаться, нестись!

Все пылинки счастливых мгновений
Разлетелись из глаз по пути.
И остались от них только тени,
Да улыбка… вот, погляди…
Улыбаясь, я нежно прижался
К ее влажным красивым губам.
Гром за окнами разрывался,
Но уж не до него было нам.

****

(февраль 2010)


ПОДО ЛЬДОМ
(ХАБАРОВ)

В мире столько всего непонятного!
Столько жизней и судеб в нём!
Я хотел объять необъятное,
Желал стать морем, огнем…

И отправился было счастье найти,
Бесстрашно ступил во мрак…
Но, не прошел и метра пути!
Упал, сделав первый свой шаг.

Поскользнулся у края жизни-реки,
Провалился всем телом под лёд.
Не нашел ни проруби, ни полыньи,
Не сумел сам пробить его гнёт.

Захлебнулся илистой темной водой
И пошел, бездыханный, ко дну.
А мечты, пузырьками кружась надо мной,
Отпевали душу мою.

В мире столько всего непонятного,
Столько жизней и судеб в нём...
Кто-то сможет объять необъятное.
Мне ж покоится век подо льдом.

****

(февраль 2010)


ДЕВА-ТОСКА
(ХАБАРОВ)

Что такое с тобой случилось, скажи?
Ты телом одрях, хотя еще молод.
И будто озябший, твой голос дрожит.
От взгляда выцветших глаз веет холод.

Я был замурован в стене из песка,
Зашит под подкладку одежд.
Меня полюбила дева-тоска
И лишила всяких надежд.

Я не в силах был вырваться из ее пут,
Яд сковал мое тело и дух.
Жизнь ушла навсегда, нет тепла больше тут –
В моем сердце, пламень потух.

И теперь, когда ею я выпит до дна,
Отпустила на волю меня…
Но вся жизнь моя – это она одна!
Без нее умираю я.

Он понурился и безвольно побрел
По дороге, ногами суча.
Смеркалось, солнца стемнел ореол.
Я смотрел ему вслед и молчал.

****

(февраль 2010)


ГЕРОЙ НАШЕГО ВРЕМЕНИ
(ХАБАРОВ)

Жил был на свете парнишка-слизняк –
Не мог он ни эдак сделать, ни так.
Со всем соглашался, не спорил ни с кем,
Ведь мнения личного он не имел!
Спал с нелюбимой, работал в полсилы,
Мечты его были сопливо-унылы.
В сердце ни зла, ни добра – одно мыло.
Сдуло парнишку ветром в теснину...
Хлюпнул на дно бескрылый слизняк
И воском растекся, застыл на камнях.
Так и остался до смерти внизу –
Огарок свечи, обмылок в тазу!

****

(март 2010)


РАДОФРЕНИЯ (эпиграмма)
(ХАБАРОВ)

Рада была не рада,
Ела губную помаду,
Всё говорила – надо
За дверью вести разговор!

Из уст её полз терновник.
Рябило лицо. Полковник,
Разбухший, словно покойник,
Глазел из глаз её зло!

Хлопала дверью Рада,
На пол плевала адово,
С кружкой настоя кровавого
Металась меж серых стен...

Сопела в бреду проклятия,
Сжимала в руке распятие,
Вокруг тренди-бренькала братия
Весь трёхчасовой её плен.

О, бедная, бедная Рада!
Минуты украли из сада,
Цветущего сада Рады –
Те трое бездушных зверей!

Верните! Верните минуты!
Избавьте Раду от смуты!...
Но нет... навсегда на ней путы!
И все разговоры – за дверь!

****

(март 2010)


ИЗУВЕЧЕННОСТЬ
(ХАБАРОВ)

«Я изувечен мыслями о вечном,
Расстрелян стрелами бессмысленных часов.
Я был беспечен, но отнюдь не безупречен,
К успокоенью покаяний не готов.
И что теперь? Терпеть – не значит верить.
Сочувствовать – не значит понимать.
Душно в душе нить бренности бередить,
И к краю раннему ее в плечо толкать…»

Ветра над пропастью кровавою коварны,
Вздымают дыбом дымки облаков,
На части чистоту рвут беспощадно
Глубоко-голубиных куполов.

Винтовки ствол, как винт впивался в спину,
Горела в глотке горькая слюна.
И шаг за шагом, тря штанину о штанину,
Душа, потупившись, шла молча, в кандалах.

На месте казни козни строить глупо.
Кто мог взлететь – давно уже взлетел.
Бессмысленно, безжизненно и глухо
Душа упала в груду мертвых тел.

****

(декабрь 2010)

<< Вернуться к разделу Стихи

Магазин группы
Стихи
Наши партнеры

Первый Альтернативный Музыкальный Телеканал  


Логотипы группы
Реклама
Статистика сайта

Анализ сайта 


Смотрите так же: